Сайт научного поселка Борок

Две судьбы

История
Усадьба Борок
Мологский край
Морозов
Папанин
Две судьбы
Солнцевы
Церковь
Окрестности
Наш Борок
Будущее Борка
Архитектура
Парки
Заповедник
Фотоальбом
>>>
Организации
Институт
Геофизическая обсерватория
Больница
Музеи
Музей Морозова
Музей Папанина
Музей природы
Школа
Школьная жизнь
Творчество учеников
Документы
О сайте
Авторы сайта
Карта сайта
Пишите нам

Николай Александрович Морозов и Иван Дмитриевич Папанин - два замечательных человека, внёсшие выдающийся вклад в становление Борка как научного центра. Судьбы этих людей протекали в разные исторические эпохи и настолько фактологически различны между собой, что вроде бы и сравнивать их не стоит. Но, смеем вас уверить, это только лишь на первый взгляд.

Биографии Морозова и Папанина хорошо известны, они и сами были мемуаристами. Поэтому вряд ли стоит пересказывать их ещё раз, но вот сделать попытку исследования жизни этих людей настало время.

Пересказ предполагает изложение биографии с простым перечислением дат, имён и событий, даёт как плоскостное изображение, внешнюю, всем видимую сторону. Исследование же отображает действия человека, их сущность и смысл и даёт объёмное, голографическое видение поступков. Отображение это не простое изображение, а нечто другое, что, пройдя через некую плоскость, уже предстаёт в ином виде. И этой плоскостью является исторический фон, на котором и происходили интересующие нас события. Одни и те же действия в различные эпохи зачастую оцениваются по разному, так как изменяются критерии их оценок. Так, читая оценки того же Сталина, надо иметь в виду, в какую эпоху они писались и только затем делать выводы.

Безусловно, в советские времена невозможно было написать всю правду о наших героях. Вот поэтому многие авторы и ограничивались пересказом их биографий. Да и сами Морозов с Папаниным, прекрасно понимая ситуацию, писали только то, что можно было написать, оставляя свои сокровенные мысли в лучшем случае между строк. В таком случае можно ли понять истинный смысл их поступков по прошествии стольких лет? Можно, если анализировать не только слова, но и их реальные действия.

Николай Морозов родился летом 1854 года и был старшим из 7-ми детей в семье богатого ярославского помещика, предводителя уездного, а затем и губернского дворянства Петра Щепочкина. Матерью была дочь крепостного Анна Морозова. Так как они не были обвенчаны из-за различия социальных положений, то их сын не мог носить отчество и фамилию отца. Этот на первый взгляд незначительный факт сыграл впоследствии свою роль при формировании взглядов мальчика. Он рано стал задумываться о причинах неравенства между людьми в силу их имущественного и социального положения.

Жизнь заставляла об этом же думать и сына бедного матроса с окраинной Корабельной стороны Севастополя - Ваню Папанина. Он появился на свет ровно через 40 лет после рождения Морозова и также был старшим из детей в своей семье. Забегая далеко вперёд, отметим, что и смерть их разделена была всё теми же 40 годами. То есть они прожили по 92 года и одно это заставляет поверить в некую предопределённость дат и событий.

Опекаемый многочисленной дворовой челядью, Коля провёл детство весело и счастливо. Он, получив очень хорошее домашнее образование, в 1870 году был отправлен для его продолжения в Московскую гимназию. Мальчик рос одарённым, предметы все ему давались легко и отмечалась учителями его склонность к научной деятельности. Судьба была к нему более чем благосклонна; ибо мало кому удаётся в столь раннем возрасте найти путь в жизни и область своих интересов. Коля Морозов выбрал науку, а та, в свою очередь, выбрала его. Однако юноша обладал ещё и интеллигентностью, то есть набором таких качеств, как нравственность и совестливость, которые не дают спокойно жить и заниматься любимым делом, когда страдают другие. И мог ли он спокойно заниматься наукой, когда вокруг было столько несправедливости! Не мог. И сам он многократно говорил об этом. Морозов со всей энергией и энтузиазмом включается в движение народничества. Освоил ремесло сапожника и под видом мастерового начал агитацию среди крестьян.

Народничество - идеология 70-80 годов XIX века, прошедшая в своём развитии несколько стадий. Народники первого призыва, начала 70-х годов, - это экзальтированная, особо чувствительная молодёжь, мечтавшая поднять крестьян на восстание. Они считали, что те тоже готовы к бунту, и надо лишь подтолкнуть их. Для этого они и пошли "в народ". Но реальная жизнь в деревне оказалась совсем не такой, каковой её представляли народники. Крестьяне не прочь были поболтать "за жизнь", ругая при этом неимоверно власть, но и в толк не могли взять сути о каком-то восстании. При этом часть подобных агитаторов крестьяне сдавали полиции. Всё это испытал на себе и Морозов, когда в течение двух лет "народничал" в Ярославской, Костромской, Воронежской губерниях. Он, как и другие, был арестован и после трёхгодичного следствия судим по делу 193-х.

Годы заключения не прошли для народников даром, это были годы переосмысления путей развития движения, его идеологии. Иллюзии насчёт подъёма крестьянства на скорое восстание растаяли, но осталась вера в необходимость построения общества всеобщего равенства и благоденствия. Часть народников продолжала ратовать за работу среди крестьян, но только теперь на постоянной основе, живя в деревне и работая учителями, врачами, кузнецами. Вторая часть, не такая многочисленная, перешла к террористической борьбе. Предполагалось через убийства высших лиц государства посеять в "верхах" панику и хаос, и в удобный момент захватить власть. И после этого построить справедливое общество - социалистическое.

Сейчас, в начале XXI века, когда терроризм стал всемирным явлением, трудно писать о первых террористах и ещё труднее давать оценку их действиям. Цель, какой благой бы она не была, конечно же, не оправдывает насильственных средств. Вспомним слова Достоевского о слезе ребёнка. Но к этому выводу надо было придти через реальную практику терроризма, через кровь и страдания миллионов. И сейчас быть террористом - значит быть преступником. Однако русский терроризм XIX века окрашен в розовые, романтические тона. Они мечтали отдать свои жизни за счастье других, а сейчас террористы берут чужие жизни за благополучие своей на том или на этом свете. Так что поймём наших доморощенных террористов, поймём, чтобы простить, ибо не ведали, что творили.

Идеалом устройства жизни в обществе они считали социализм, для которого в России есть все условия, в том числе и основная структура - община. России, по их глубокому убеждению, был уготован особый, только ей присущий путь развития. В этом они следовали за первым нашим западником славянофилом - П.Чаадаевым. Но Российская Империя, как огромный и неповоротливый корабль, медленно, но верно, после реформ 60-70-х годов уже вступала на капиталистический путь. Крестьянская же община медленно распадалась. Таким образом, теория народников была ошибочной, утопической, неправильно оценивающей социально-политическую ситуацию. А главным теоретиком был Николай Морозов. Именно он написал книгу, своего рода программный документ движения, под названием "Террористическая борьба".

Приговор Исполкома "Народной воли" о казни царя Александра II удалось привести в исполнение только во время восьмой попытки. Парадокс и трагизм истории в том, что именно в этот день, 1 марта 1881 года, царь планировал подписать Манифест о "даровании народу русскому" Конституции. Либерально-рыночные реформы вполне естественно дополнялись политическими. Это, безусловно, могло снять социально-политическое напряжение в стране. Однако история распорядилась по иному. В ответ на терракт началась реакция в политической области, противоречия не были решены, но загнаны вовнутрь, что и привело к двум революционным потрясениям начала XX века. Лидеры народовольцев были либо повешены, либо приговорены к пожизненной каторге. Морозова по обстоятельствам дела также должны были повесить, но, во-первых, не нашли прямых доказательств его непосредственного участия ни в одном из покушений, а во-вторых, он был к тому времени смертельно болен туберкулёзом и власти решили не брать лишнюю кровь на душу.

Итак, простимся пока с 27-летним Морозовым в тот момент, когда он оказался в одиночной камере Шлиссельбургской крепости, и вернёмся к сыну матроса Ване Папанину. Он появился на свет, когда Морозов уже отсидел в крепости 13 лет и совсем недавно стал отмерять свой пятый десяток. Семья Папаниных вела полунищенское существование, не имея даже своего дома. Они ютились в странном сооружении из 4-х стен, две из которых были трубами. Все старались заработать хоть какую-то копейку, помогая матери вытянуть семью. Особенно доставалось нашему герою, старшему из 6-ти детей. Так, Ваня ради забавы богатых людей прыгал за монетами в море, восхищая тем самым их. Учился мальчик отлично, был первым в классе по всем предметам. По результатам выпускных экзаменов после четырёхгодичного срока обучения родителям было предложено продолжить обучение сына за казённый счёт. Подобные случаи для детей из небогатых семей были исключительно редкими, значит, действительно, наш герой был одарённым.

Впечатления детства оказываются решающими при формировании характера человека. Самым ярким событием - по воспоминаниям самого Папанина - было для него восстание моряков на "Очакове" в 1905 году. Он видел в глазах людей преклонение перед мужеством моряков, шедших на верную смерть, и в них же он видел возмущение действиями полиции и части военных.

Собственная жизнь в нищете и подобные события формировали в мальчике активного борца за справедливость, каким был и Морозов. А во всех бедствиях народа, по их мнению, виновато было самодержавие. Это изначальная позиция и Морозова, и Папанина. Но взгляды имеют свойство изменяться, как в силу изменения условий жизни, так и в результате долгих раздумий.

1905 год, год первой русской революции, первый момент, когда мы можем сравнить в какой-то мере взгляды наших героев. Папанин в 11 лет уже не мальчик, а рано повзрослевший юноша, первый помощник в семье. Он полон симпатиями к восставшим морякам и ненависти к официальным властям. Именно из таких и вырастают со временем правоверные революционеры. События этого года были эпохальными и для Морозова. Революционная буря настолько испугала царя Николая II, что он вынужден был пойти на ряд уступок общественному мнению и согласиться на требования выпустить из тюрем политических заключённых. Был выпущен и Морозов после четверти века заточения. Это был уже совершенно другой человек. История того, как он провёл эти годы - это история мужества, история верности ещё в детстве выбранной цели. Только это цель не борьба с самодержавием, но цель служения науке. Ещё раз подчеркнём важную мысль о том, что Морозов стал революционером только из-за того, что желал убрать препятствия для свободного развития творческой деятельности. А когда он оказался в крепости, где, разумеется, не имел возможности для борьбы, то здесь на первую позицию вышла изначально правильная цель. Но, как мы писали выше, Морозов оказался в крепости уже будучи смертельно больным, у него загнивали верхушки лёгких и пяточная кость. Понимая своё состояние, он решил вначале "оздоровить" себя, а только затем приняться за самообразование. Ходят легенды как он танцевал мазурку, стуча гниющими пятками по цементному полу, кричал от боли, но продолжал стучать. Ежедневная гимнастика и изнуряющая ходьба на ограниченном пространстве камеры сотворили чудо и он не только выжил, но и стал здоровым. Только после этого Николай Александрович приступил к занятиям наукой. Вначале не получая книг, он буквально постранично перебирал в памяти всё прочитанное когда-то, а после разрешения пользоваться литературой прочитал сотни и сотни книг. В тюрьме он сформировался как учёный и как личность: он выучил с десяток иностранных языков, стал учёным-энциклопедистом, написал 26 томов рукописей. Его интересовало всё - и естественные науки, и политика, и история, и поэзия. Это был, без преувеличения, подвиг научный и чисто человеческий. Не сойти, как многие, в том числе и надзиратели, с ума, не ожесточиться, не замкнуться в себе и в своих переживаниях, а взять себя в руки, подчинить всё единой цели - это и есть подвиг.

Итак, Морозов неожиданно для себя оказался на свободе. Первым делом он едет на свою Родину - в Борок. Его встречают постаревшая мать, брат и сёстры. А вот отца уже давно нет в живых. Морозов целыми днями бродит по таким знакомым с детства местам. Что при этом думал, что переживал он, одному Богу известно. Но можно сказать с уверенностью, что уже в прошлом осталась его жизнь террориста и борьба с монархией, а в будущем он видел для себя только занятия наукой. Действительно, оставаясь революционером, он тотчас после выхода из Шлиссельбургской крепости должен был влиться в ряды социал-демократической, большевистской партии, но ничего этого не происходит. Четверть века тюремного сидения кардинально поменяла его взгляды. Он понял, что через террор, через чужие страдания ничего хорошего не достичь. И он поддержал бы сейчас слова о том, что благими намерениями выстлана дорога в ад. Он стал гражданином, лояльным существующему монархическому строю, хотя и допускал возможность, как бы мы сейчас сказали, конструктивной критики в рамках существующих законов.

Итак, 1905 год - Морозов уже не революционер и не террорист, а Папанин ещё не революционер, но на пути к этому. Эволюция мировоззрения первого уже завершилась, а второго ещё только в начале пути идеологических поисков. Эти поиски будут продолжаться весь период между двумя революциями - с 1905 по 1917 годы. В это время он учится ремеслу, работает на заводах родного Севастополя, а затем эстонского Ревеля. Он овладевает несколькими рабочими профессиями, что так пригодится ему позже. Одновременно с этим зреет всё более убеждение в правоте линии партии большевиков. С началом революции 1917 года он активно действует на стороне восставших. В этот момент он по своим взглядам борца с самодержавием сходен со взглядами Морозова 70- годов.

А для Николая Александровича эти же 12 лет - это лучшие годы жизни. Он национальный герой, его знает вся Россия, он нарасхват как гость всевозможных вечеров, концертов и встреч. Дружбой с ним гордятся многие выдающиеся деятели страны. Он, как эстрадная знаменитость, гастролирует по городам и весям России с выступлениями. По предложению П.Ф.Лесгафта он избирается профессором Санкт-Петербургского естественнонаучного института. Морозов не чурается ничего земного, и женщины отвечают ему любовью. Вскоре он женится на молоденькой дочери генерала Ксении Бориславской. Таким образом, он живёт полнокровной жизнью, не чувствуя груза прожитых лет и сложных жизненных перипетий. Он как будто стремится наверстать упущенные годы - осваивает искусство вождения автомобилем и даже сателлитом, решается прыгнуть с парашютом. С началом Мировой войны его, как молодого, полного военной романтики человека, потянуло на фронт, где он работал в качестве фронтового корреспондента.

Революционные события 1917 года явились потрясением для России. Не было человека, кого бы они не коснулись. Большевистская нетерпимость направлялась не только против эксплуататоров, но и против самих же трудящихся. Главным девизом большевиков был лозунг "грабь награбленное". А грабёж осуществлялся с одной целью - необходимостью сбора средств на мировую пролетарскую революцию. И Россия, важно отметить, была не целью, а лишь средством. В 1920 году, с нападения на Польшу, и началась это мировая революция, но большевики не рассчитали сил. Пришлось заняться своими внутренними делами и следующий, 1921 год, во многих отношениях очень примечательный год. Была принята новая экономическая политика (НЭП), временный отход от насильственных мер в экономике, но отнюдь не в политике.

Весьма трудно теперь выяснить истинное отношение Морозова к большевистскому перевороту. Да, он в немногих общих фразах положительно его оценил. Но это скорее вынужденный и обязательный ритуал, нежели искреннее мнение. Слова это одно, а дела говорили о другом. А за 4 революционных года жизнь Николая Александровича не претерпела значительных изменений. И это странно, когда так резко меняется политический строй. Он по-прежнему работает в своём институте (а с 1918 года возглавляет его). Часто бывает в родном Борке.

А вот для Папанина революционные годы были годами полными чрезвычайных событий. За эти годы наш герой прошёл все мыслимые трудности и реальные "огонь, воду и медные трубы". Революция есть кровавая и страшная по своей сущности школа и поэтому Папанин в 1921 году - это совсем другой человек, чем Папанин образца 1917 года.

Возвратясь из Ревеля в Севастополь, Папанин активно участвует в установлении здесь новой, Советской, власти. После оккупации Крыма германскими войсками на основании Брестского мира, Иван уходит в подполье и становится одним из руководителей большевистского партизанского движения на полуострове. Он пользуется полным доверием таких видных революционеров, как Мокроусов, Фрунзе, Куи, ему доверяют секретные и труднейшие задания. Папанин прекрасно их выполняет, за что дважды награждается орденами Боевого Красного знамени. После разгрома последней армии белого движения - армии Врангеля - Папанин назначается комендантом Крымской чрезвычайной комиссии (ЧК). Стоит ли говорить, что такое ЧК и особенно в Крыму. На эту организацию здесь была возложена чрезвычайно важная миссия - физически уничтожить остатки белых, цвет русского офицерства. Несмотря на обещания Фрунзе сохранить им жизнь после сложения оружия, было расстреляно, утоплено, закопано заживо заживо около 60 тысяч человек. У кого крепкие нервы, можете почитать об этом у Бунича, Мельгунова, Солженицына и ряда других.

К сожалению, нам не дано проследить трансформацию мировоззрения Папанина за страшные годы революции. Но несомненно, эти кровавые события оставили немало рубцов на его сердце. Как комендант ЧК, он видел всё и знал всё, но ничего об этом не пишет, нигде и никогда. Странно, не правда ли?

Иван Дмитриевич (его теперь можно уже и так называть), как весёлый и доброжелательный по натуре человек (именно таким он выведен в образе матроса Шванди в пьесе Всеволода Вишневского "Любовь Яровая"), совестливый и гуманный, не мог не задумываться о происходящем. Он конечно сравнивал те идеалы, к которым призывали большевики и то, что происходило в реальной жизни, на его глазах и с его участием. И выводы он сделал и решился на неожиданный поступок, такой, что только резкие изменения во взглядах на происходящее могли его на них подвигнуть. Нас могут упрекнуть в надуманности подобного вывода и аргументировать тем, что в своих мемуарах "Лёд и пламень" он ничего об этом не пишет. Не написал, да и не мог написать, ибо в противном случае он был бы превращён в "лагерную пыль", как многие тысячи его соратников.

Так что сделал Папанин, орденоносец и герой Гражданской войны, славный чекист? А совершил он страшный для всех и нелогичный поступок - подал заявление об уходе из ЧК. Останься он в ЧК, да при его славном прошлом, да при его связях и авторитете, он сделал бы блестящую карьеру. На фоне того, что все просто рвались в ЧК, в эту "святая святых" большевиков, он же ушёл из неё. Правда, Папанин мотивировал своё решение пошатнувшимся здоровьем, но ведь ему всего 27 лет, а доживёт он до 92. Так что здоровье это лишь повод, но отнюдь не причина истинного ухода. Вспомним, что и для Морозова этот возраст знаковый - он оказался в крепости. Возможно, судьба, как нечто мистическое, распоряжается по воле своей жизнями людей для целей только ей известных. И вот, если людям суждено сделать одно общее дело, встретиться в своё время, она как бы корректирует их жизнь и деятельность в определённый срок или возраст.

Морозову в этот год было уже 67 лет, а Папанину ещё только 27. Возросты настолько разные, что казалось бы они должны быть разными людьми в плане мировоззрения и жизненного опыта. Но это не так. При всей непохожести в их судьбах, они пришли к одному важнейшему выводу о неприятии революции как средства уничтожения отживших общественных отношений. Необходимость прогресса никто не отрицает, но есть иное средство для поступательного движения человечества по цивилизационной лестнице - путь эволюционный. Он предполагает изменения в жизни общества через реформы. Это бескровный путь. Большевики же признают лишь первый, революционный путь, да и цель-то у них - мировая революция. И вот, Морозов, а чуть позже и Папанин, побывавшие каждый внутри революционного процесса, пришли к отрицанию его. Интересен и тот факт, что оба они лично были знакомы и вождями революционного движения. Н.А.Морозов был знаком с К.Марксом, который доверил ему перевести "Коммунистический манифест" на русский язык. И.Д.Папанин был обласкан И.Сталиным, находился всегда на виду у него.

Их значимость для истории России, их величие как раз и проявилось не в том, что они продвигали каждый по своему революцию, но, наоборот, поняли её пагубность. И в то же время они не бросили Россию, как многие другие, а остались со своим народом и не жалели сил для блага страны. Их жизнь после революции яркое доказательство патриотизма наших героев.

Итак, 1921 год для Морозова и Папанина был поворотным годом. Поступки, сделанные ими в этот год, оказались решающими в их дальнейшей судьбе. Можно даже сказать, что их жизни были разделены как бы на две неравные половины, до и после 21 года. Для Николая Александровича это ещё одна четверть века "заключения", только теперь добровольного в родном Борке, где он занимается наукой и лишь изредка, в силу необходимости, выезжает в столицы. Это стало возможно после того, как он передал своё имение государству в 1921 году, но через год специальным постановлением СНК на основании личного распоряжения Ленина усадьба Борок отдавалась ему в пожизненное владение за его выдающиеся революционные заслуги. Перепоручив все хозяйственные заботы жене Ксении Алексеевне, он целиком отдался творчеству.

Для Папанина "вторая половина" жизни значительно длительнее - целых 65 лет. Но, так же как и Морозов, он отойдёт от политики и революции и будет заниматься наукой. И так же, как и Морозов, он не получив специального образования, через тернистый путь самообразования, достигнет значительных научных высот. Таким образом, "первые" жизни Морозова и Папанина были отданы революции, а "вторые" - науке. Одно это делает их жизни весьма похожими..

За четверть века, - 1921-1946 годы, - Морозовым написаны многие тома сочинений по различным научным дисциплинам. Мы не будем их перечислять, иначе просто не хватит места. Остановимся на одном уникальном открытии Морозова именно в истории. Он пионер совершенно нового направления в истории - "новой хронологии". Николай Александрович подверг критике современную датировку исторических событий. Это его открытие длительное время просто замачивалось и лишь теперь отечественные и зарубежные историки серьёзно занялись решением вопросов, поставленных Морозовым почти 100 лет назад.

Возвращаясь к Папанину, стоит напомнить, что мы остановились на важнейшем моменте жизни Ивана Дмитриевича, когда он, якобы по состоянию здоровья, ушёл из ЧК. На самом деле его идеалы утонули в потоках крови большевистского красного террора и осознавая свою вину и раскаиваясь, он решил отмежеваться от революционного насилия. В течение следующих 4-х лет Папанин не мог найти себе места в прямом и переносном смысле слова. Он постоянно меняет место работы и место жительства. Его как будто бы что-то терзает, отчего-то болит душа, он ищет ей успокоения и такого занятия, где бы она обрела покой, получила возможность отрешиться на время от пережитого, одуматься и разобраться во всём. И такое место он нашёл - конечно же Сибирь. Здесь в 1925 году он занимается строительством радиостанции в Якутии. Не правда ли примечательно-замечательное место для героя Гражданской войны! Здесь он проявил себя прекрасным организатором и просто человеком, которому можно доверять решение сложных вопросов и который никогда не подведёт в труднейших условиях.

Именно благодаря этим качествам Политбюро ЦК ВКП(б) назначило его в 1937 году начальником СП-1. Для Советской России важнейшее значение имело открытие постоянной навигации судов по Северному Морскому пути. Для этого было создано специальное ведомство - Главсевморпуть. Но для эксплуатации пути необходимо было провести серию многоплановых научных исследований в Арктике, в том числе наличие подводных течений, пути дрейфа льдов, сроки их таяния и многое другое. Для решения этих вопросов необходимо было высадить научную экспедицию прямо на льдину. На ней она должна была работать длительное время. Риск погибнуть в этих экстремальных условиях был очень велик. Вы только представьте себе условия зимовки на дрейфующей льдине. Во-первых, льдина не земля и может в любой момент треснуть, раскрошиться и просто растаять. Во-вторых, полное одиночество без надежд на спасение в случае чрезвычайной ситуации. В-третьих, полная темнота в условиях полярной ночи, что угнетающе действует на психику, порождая депрессивные состояния. В-четвёртых, необходимость ведения сложных научных работ и, наконец, в-пятых, сложность сохранения нормальных человеческих отношений в силу всего вышеизложенного.

Всё это понимали члены экспедиции, понимал весь советский народ и народы всего мира. Ни одно событие между двумя мировыми войнами не привлекло такого внимания, как дрейф "папанинской четвёрки" в Арктике. Прочитайте об этом в книге И.Д.Папанина "Лёд и пламень". Научная работа на льдине продолжалась 274 сутки. Вначале это была огромное ледяное поле в несколько квадратных километров, а когда папанинцев снимали с неё, то её размер едва достигал площади волейбольной площадки. Весь мир следил за эпопеей спасения полярников и все, как один, желали только одного - спасения незнакомых, но ставших такими близкими им людей.

После этого подвига Иван Папанин, Эрнст Кренкель, Евгений Фёдоров и Пётр Ширшов превратились в национальных героев, стали символами всего советского, героического и прогрессивного. Если вам удастся посмотреть кадры кинохроники о том, как встречала их Москва, вы поймёте, что означали эти имена в то время. После торжественного приёма в Москве затем были десятки, сотни, тысячи встреч по всей стране. Ликованию не было конца. Всем полярникам присвоили звание Героев Советского Союза. У Папанина это была вторая подобная награда - первую он получил ещё в начале дрейфа.

А было это в 1938 году, страшном для России. Были уничтожены тысячи людей, в большинстве своём составляющих интеллектуальную элиту русского народа. Критерием для расправ был один - способность оказать не только активное, но и пассивное сопротивление тоталитарному режиму. Особенно целенаправленно расправлялись с теми, кто устанавливал Советскую власть, с большевики первого призыва. Это у некоторых вызывает недоумение. Но в этом ничего удивительного нет - они совершали переворот ради мировой пролетарской революции и убеждены были в невозможности победы социализма в одной стране, тем более в отсталой России. Но Сталин тем не менее стал строить социализм и старая гвардия первой могла выступить против ревизии марксистско-ленинского учения. Вот они и стали жертвами, хотя два десятилетия назад жертвами были их противники, а они были палачами. И Папанин оказался бы среди них, если бы в 1921 году не ушёл из ЧК.

И в этом же 1938 году состоялась встреча Морозова с Папаниным. Первому было уже 84 года, а второму - всего 44. Морозов был легендой революционного прошлого, Папанин - легендой сегодняшней, советской. Папанин отмечал, что Морозов произвёл на него огромное впечатление своей энергией, ненавистью к скуке. Это была краткая встреча, простое знакомство, которое не должно было иметь никаких последствий. Но последствия были - их объединило одно замечательное место - Борок.

Умер Морозов Николай Александрович жарким июльским днём 1946 года. Даже в последние годы он продолжал активно заниматься наукой, его день был расписан буквально поминутно. Он занимался не только теорией, но и практикой. По его предложению в 1938 году на базе его усадьбы начинает работать "Верхне-Волжская база Академии Наук СССР", которая вскоре преобразуется в биологическую станцию. Морозов не был забыт официальными властями, - был избран почётным академиком (причём в один год со Сталиным, получившим это звание как полководец за Великую Отечественную войну), стал заслуженным деятелем культуры, награждён орденами, его юбилеи широко отмечались на государственном уровне. Только эти награды вручались ему не как учёному, а в первую очередь как революционеру. Большевикам для укрепления своего режима, для придания ему характера отвечающего якобы многовековым чаяниям народа, необходимо было превознести те жертвенные фигуры, что участвовали в революционной борьбе. Но настали иные времена и нас сейчас Николай Морозов интересует как выдающийся учёный и как мужественный человек, сумевший преодолеть нечеловеческие трудности. И интерес к его судьбе и к его личности едва ли когда иссякнет.

Морозов умер, а Папанин прожил ещё 40 лет, наполненных делами, событиями, людьми. После дрейфа в Арктике он работает первым заместителем, а затем и начальником Главсевморпути. На его плечах лежали задачи огромной государственной власти. С началом войны он занимается строительством нового порта в Архангельске. Это было нужно для приёма судов, привозящих из США грузы по ленд-лизу. Затем по тем же вопросам он работает в Мурманске и на Дальнем Востоке.

После войны Иван Дмитриевич вновь работает в Главсевморпути, а затем создаёт научный флот АН СССР. В 1951 году он назначается руководителем Отдела морских экспедиционных работ при аппарате Президиума АН СССР. В этом же году Папанин впервые попадает в Борок в качестве председателя комиссии для ознакомления с деятельностью биостанции "Борок" и решения её дальнейшей судьбы. После смерти Морозова Борок представлял собой унылое зрелище. Добраться до него можно было только на лошадях, преодолев 15 километров непролазной грязи за 4 часа. Биостанция располагалась в старых деревянных строениях и почти не имела научного оборудования. О состоянии жилого фонда и инфраструктуры вообще лучше не упоминать. Соответственно при больших затратах от науки было мало отдачи.

На заседании Президиума АН Папанин высказался за создание в Борке за создание образцового научного центра. Эта идея была поддержана и её осуществление возлагалось на самого Папанина, причём временно, по совместительству и без дополнительной оплаты. Но мы-то знаем, что нет ничего более длительного, чем то, что начинается как временное явление. С этого момента Иван Дмитриевич Папанин 20 лет проработал в Борке. За это время его усилиями были построены здания нескольких лабораторий и вспомогательных служебных, современные жилые здания, все необходимые объекты социально-культурного сервиса. От ближайшей станции железной дороги протянулась шоссейная дорога. От Рыбинского водохранилища было проведено к Борку 2 канала, построен порт и укомплектован флот научно-исследовательскими судами. Борок воскрес, зажил новой жизнью. Теперь он стал не усадьбой-музеем с дышащей на ладан биостанцией и воспоминаниями о лучших днях, но крупнейшим научным центром, смотрящим в будущее в оптимизмом. Три научных учреждения, имеющие не только общероссийское, но и мировое значение - яркое тому подтверждение. И всё претворено в жизнь благодаря одному человеку - Ивану Дмитриевичу Папанину.

Ему было под восемьдесят, когда он оставил пост "начальника Борка". Но он не ушёл на пенсию, этот человек не хотел, да и не умел отдыхать. До самой смерти, - а это случилось в 1986 году, - он вёл большую общественную работу. Это были работа в Географическом обществе и Отделе морских экспедиционных работ, бесчисленные консультации, зарубежные поездки, участие в конференциях, работа депутатом различных уровней представительной власти и, конечно, постоянные встречи с людьми.

Заслуги Папанина по достоинству оценены. Такой "иконостас", как у него, то есть такое количество наград мало кто имеет. Кроме двух званий Героя Советского Союза, он имеет ещё 9 орденов Ленина и множество других орденов и медалей и не только советских, но и зарубежных. Он имеет чин контр-адмирала и учёное звание доктора географических наук.

Мы, борковчане, гордимся, что Морозов и Папанин жили и работали здесь. Благодаря их стараниям Борок стал тем Борком, каким является в настоящее время. И надо сделать всё, чтобы их имена никогда не были забыты.

Этими словами можно было и завершить наше исследование, но что-то остаётся недосказанным. Всё же нужен хоть и краткий, но вывод, как бы подводящий черту, вычленить то основное, что объединяет как Морозова с Папаниным, так и других выдающихся людей.

Выдающийся человек в любую историческую эпоху и несмотря на жизненные обстоятельства всегда способен реализовать свои потенциальные возможности. Внешняя канва событий, обрамление судьбы возможны различные, но их внутренняя, решающая сторона остаётся постоянной. Во-первых, это касается усилий в достижении основных целевых установок, и, во-вторых, в способности оставаться человеком высоких нравственных принципов при любых исторических условиях. Жизни Морозова и Папанина яркое тому подтверждение.

В.Г.Румянцев

- - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - -


 
Cайт научного поселка Борок
© www.borok.ru